
Кому-то - вся жизнь, а кому - 18 лет,
Смотрю на снимок, и время пытаюсь счесть,
С того дня, когда страна поменяла цвет,
С красного -
на то, что сегодня есть.
Случайно страну оказавшуюся в руках
Убрали с красного, да поставили на зеро -
Охрана, ТВ и пятеро людей в очках,
Хлопающих кандидату в Политбюро.
Как много здесь идеалистов и подлецов -
Стоят на танке, скандируют невпопад.
И только солдат сидит, закрывая лицо.
Ты знаешь -
я тебя понимаю, брат.
Мне тоже знакома тебе знакомая жуть,
Когда история рвёт людей на куски,
И кто-то один может в будущее взглянуть.
Закрыв глаза от ужаса и тоски.
Я знаю, что ты увидел легко и зорко,
Ясно, как в комбинированном прицеле:
Плачущего себя на площади в Горьком
В жалком голодном танковом офицере.
Видел ли ты кантемировские машины,
Плюющие в Белый Дом кусками металла?
И как погибают горящие в нём мужчины.
Я знаю, ты видел -
и страшно стало.
Я знаю, пока митингующие серьёзно
Топтались у танка на броневой спине
Ты уже видел в будущем город Грозный
И танковые колонны -
в огне.
Ты все это видел - и в этом твоя вина.
И больше уже ничего не пойдет на лад:
В тебе разочаровалась твоя страна.
Тебе 36, я тебя понимаю, брат...
Ну а тебе 18 - тебя ли баловать?
Смейся над нами с танкистом, крути у виска.
Сверстник новой России - добро пожаловать
В русские бронетанковые войска.
Родина-мать - нам без тебя не жить.
Жизнь тебя мнёт, как пьяный Борис бумагу.
Но мы все равно будем тебя любить.
Клянёмся тебе.
Даже под этим флагом.